Pericles rus

Pericles fr

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В ПОИСКАХ ИСТИНЫ И БЛАГА В КРЫМУ

О романе А.И.Домбровского «Перикл» Все те, кто интересуется историей и правами в международных отношениях, и в частности, французы, думаю, мечтают хотя бы один раз в жизни увидеть Ялту, посетить места, где состоялась Ялтинская конференция 1945 года, открывшая путь новому мироустройству после распада Лиги наций. Организация объединенных наций (ООН), основанная по решению Ялтинской конференции, создала условия для развития современного Международного права в противовес классическому Международному праву, которое регулировало международную жизнь только между государствами. Ныне Устав Международного суда, принятый ООН, признает источником Международного права не только договоры, но также обычное право и доктрины. С тех пор появились новые возможности для развития принципов Международного права. В разработке этих принципов принимали участие московский профессор Г.Тункин и профессора Центральной Европы – Вероста (Австрия) и Жанкович (Венгрия), научные труды которых оказали существенное влияние на первые решения Международного суда. Сегодняшнее Международное право вновь нуждается в усовершенствовании. Разумеется, принципы Международного права являются важной составляющей для создания учения о всеобщем мире. Интерпретация этих принципов лежит в плоскости философии. О какой философии идет речь? О той, что ограничивается юридическим правом, или об общей философии? Быть может, путь, ведущий от общей философии к философии правовых международных отношений, более сложен? Так ли это?.. Именно такие вопросы я мысленно задавал себе задолго до того, как мой внутренний голос сказал мне: «Поезжай в Крым, посмотри что это такое». Каким образом, как выразить суть общей философии, для того чтобы приспособить ее к нуждам мирового сообщества? Кто знает, может быть, это несущественная проблема в контексте великих исторических событий, ставших толчком для создания новой философии? Ведь если мы обратимся с этим вопросом к философии Филона Александрийского, Спинозы и Мозеса Мендельсона, которые были свидетелями исторических катаклизмов разных эпох, мы не найдем на него ответ, и вынуждены будем констатировать, что их объединяла только общая тенденция, которая сводилась к трем составляющим ее парам противоположностей: дух и материя, чувства и понятия, теория и практика. И вот так сложилось тогда, что из Ялты я решил отправиться в Севастополь, поскольку мои французские друзья, обосновавшиеся несколько лет назад в Севастополе, посоветовали мне посетить Французское кладбище времен Крымской войны 1854-55 гг. Побывав там, как путешественник, оказавшийся волею судеб в этом городе, я был потрясен, увидев, в каком заброшенном, жалком состоянии находились захоронения французских воинов. Недолго думая, с болью в сердце, я отправился в Симферополь с тем, чтобы найти там специалистов-историков и краеведов, занимающимся проблемами, содержания и восстановления этого кладбища. И мне удалось это сделать. На том моя миссия в Крыму была завершена. Впрочем, в моем распоряжении оставалось еще два дня до возвращения на родину, во французский Страсбург. К этому времени я вдруг со всей отчетливостью осознал, что, к сожалению, о прекрасном Крыме, его истории французам ничего не известно. Потому я тотчас занялся поисками книг и необходимых исторических документов о полуострове. Так, случайно, в одном из магазинов Симферополя в поле моего зрения попала книга «Перикл», написанная Анатолием Домбровским. Перелистав ее и поняв, что написана она об эллинском мире, я купил это издание, так как данная эпоха мне весьма интересна. Каковы же были мое изумление и радость, когда углубившись в чтение, я нашел множество ответов на интересующие меня вопросы о связи между общей философией и философией международных исторических формаций. Книга, написанная в жанре исторического романа, объясняла основы общей истории философии, необходимые для понимания международных отношений: если мы рассматриваем слово «право» не в его нормативном смысле, но в этимологическом и социологическом, что восходит к латинскому «директус», это значит, что поиск идет в правильном направлении - истины и блага. «Перикл» - роман, который рассказывает, между тем, и о политической, и международной жизни в эпоху древнегреческого стратега Перикла и о поисках мудрости, истины и блага; ее автор исходит из фундаментальных философских размышлений, касающихся практики международных отношений. Я невольно вспомнил книгу, жадно прочитанную мной в студенческие годы: «Теория и практика Международного права», которую написал юрист-международник из Бельгии Шарль де Висшер. И вот несколько десятилетий спустя я с такой же страстью проглотил «Перикла» Анатолия Домбровского, и затем без промедления приступил к переводу ее на французский язык, чтобы сделать роман достоянием моих соотечественников. Через три года после первого моего пребывания в Крыму у меня снова появилась возможность посетить Крым, этот прекрасный уголок планеты, с тем чтобы провести в жизнь мысли, которые сказал когда-то мой внутренний голос: «Поезжай в Крым, посмотри что это такое...». С тех самых пор я решил посвятить себя переводу на французский язык разного рода исторических и краеведческих исследований о Крыме, чтобы познать его и передать эти знания не только моим соотечественникам во Франции, но и всему франкоговорящему миру. Кроме того, я намерен продолжать расширять свой кругозор, занимаясь переводами произведений А.Домбровского. Пусть же истина, мудрость и благо будут доступны многим!

Страсбург (Франция) – Симферополь

 

A LA RECHERCHE DE LA VERITE ET DU BIEN EN CRIMEE

Le rêve de tout français qui s’intéresse à l’histoire et au droit des relations internationalеs est d’aller, ne serait-ce qu’une fois dans sa vie, à Yalta pour visiter les lieux ou s’était tenuе la conférence qui devait, après la victoire des alliés, ouvrir la voie pour un nouvel ordre international suite aux échecs de la Société des Nations. La création de l’Organisation des Nations Unies qui allait s’ensuivre a créé les conditions pour le développement du droit international moderne par opposition au droit international classique où les participants à la vie internationale n’étaient que les Etats en tant que tels. Le statut de la Cour Internationale de Justice créé par l’ONU a reconnu comme source du droit international non seulement les traités mais également la coutume et la doctrine. Dès lors, de nouveaux espoirs étaient permis quant au développement des principes de droit international. Participèrent notamment à l’èlaboration doctrinale de ces principes le professeur G. Tunkin de Moscou ainsi que les professeurs Verosta et Jankovitch d’Europe Centrale dont les écrits influencèrent fortement les premières décisions de la Cour Internationale de Justice. Aujourd’hui, le droit international appelle de nouveaux besoins. Certes, les principes de droit international restent un élément important pour leur but ultime qui est l’instauration d’une science de la paix. Toutefois, l’interprétation de ces principes est avant tout d’ordre philosophique. Mais de quelle philosophie peut-il être question? De celle délimitée par les juristes sous l’appellation de philosophie du droit ou de la philosophie générale ? Il semble que la voie menant de la philosophie générale vers une philosophie du droit des relations internationals soit bien ardue. Est-elle même possible ? Ce sont là des questions que je m’étais modestement posées bien avant qu’une voix intérieure m’ait dit : vas en Crimée et regarde. Sous quelle forme exprimer la globalité de la philosophie générale pour l’adapter aux besoins de la société mondiale. Ou bien n’est ce pas un faux problème dans la mesure où ce serait les grands événements qui forgeraient de nouvelles philosophies ? Si nous nous référons à Philon d’Alexandrie, à Spinoza et à Moses Mendelsohn qui ont été les témoins de bouleversements mondiaux à des époques différentes, nous constatons qu’ils ont une tendance commune à se replier derrière les trois supports antinomiques de la philosophie générale que sont l’esprit et la matière, la sensibilité et l’intelligibilité, la connaissance et l’action. Des amis français qui habitaient Sébastopol avaient attiré mon attention sur l’état de destruction dans lequel se trouvait le cimetière militaire français de la guerre de Crimée. De Yalta je m’étais donc rendu à Sébastopol ; un francais de passage ne pouvait qu’être profondement choqué devant l’état de ce cimetière et ce fut toujours grâce à ces amis que je me suis rendu à Simféropol pour m’entretenir avec un spécialiste de l’histoire locale de la Crimée qui s’était passionné pour le maintien et le rétablissement de ce cimetière. Il ne me restait, alors, plus que deux jours à passer en Crimée avant que l’avion me ramène en France, plus précisement dans ma ville de Strasbourg. Je savais que l’histoire de la Crimée des origines à nos jours était mal connue en France, aussi je m’étais mis en quête de trouver des livres et de la documentation adéquate. Et voila que je tombe sur l’ouvrage « Périclès » écrit par Anatolii Dombrovski. Je le feuillette et comme il concerne le monde hellénique, je l’emmène avec moi. Quelle ne furent pas ma surprise et ma joie lorsque j’ai decouvert en le lisant plus profondément que tous les éléments de réponse à mes interrogations sur le lien entre la philosophie générale et la philosophie des événements internationaux se trouvaient dans ce livre. C’était sous la forme d’un roman historique que se trouvaient évoqués les éléments de philosophie générale utiles à la compréhension des relations internationales et du droit des relations internationales si on donne au mot droit, non pas un sens normatif, mais son sens étymologique et sociologique de “directus” qui signifie : recherché de la bonne direction, en quelque sorte de la sagesse et de la vérité. C’était un livre qui traitait, entre autres, de la vie politique et internationale à l’époque de « Périclès » et d’une certaine recherche de la sagesse et de la vérité et qui pouvait être retenu comme reflexion philosophique de base aux réalités des relations internationales. Je me suis souvenu du livre “Théories et réalites en droit international” qu’avait écrit l’éminent internationaliste belge Paul de Visscher et que j’avais dévoré avec passion lorsque j’étais un jeune étudiant. Quelques décennies plus tard, c’était avec une même passion que j’ai dévoré le livre « Périclès » d’Anatolii Dombrovskii et je me suis empressé de le traduire pour en transmettre la teneur à mes compatriotes. Après mon premier séjour en Crimée, les circonstances m’ont permis de revenir dans ce magnifique coin de la planète et de donner suite à cette petite voix interne qui m’avait dit vas en Crimée. Dès lors je me suis consacré à diverses traductions et recherches destinées à mieux faire connaître la Crimée aux Français et au monde francophone en général ainsi qu’à l’approfondissement des oeuvres d’Anatolii Dombrovskii. Puisse le besoin de sagesse et de vérité y gagner. 2009 г.

Перевод с французского Г.С.Домбровской